• Главная
  • Освобождение Мелитополя: жизнь горожан во время оккупации
Спецтема
15:00, 23 октября 2018 г.

Освобождение Мелитополя: жизнь горожан во время оккупации

Спецтема
Освобождение Мелитополя: жизнь горожан во время оккупации

Какой была жизнь мелитопольцев во время оккупации? О тех временах рассказала жительница Мелитополя Надежда Ивановна Кузнецова.

В 41-м Наде Кузнецовой было 17 лет. Ее семья — мама, папа (его комиссовали с фронта по болезни) и 13-летняя сестра Ангелина — жили во 2-м переулке Чернышевского. Надя трижды избежала отправки в Германию, ей удалось найти работу.

"Не будешь работать — отправят в Германию!" Эта угроза была страшна всем, — рассказывает Надежда Васильевна. — В городе действовали школы, училища, работали предприятия — мясокомбинат, хлебозавод, маслозавод, мельницы. Мы с мамой трудились в питомнике садстанции. Мне повезло: я три дня работала под началом знаменитого садовода Михаила Оратовского. Благодаря разборчивому почерку меня взяли в дегустаторы: я описывала вкус, транспортабельность гибридов черешни. Всю зиму 42-го года я провела в теплом помещении. В питомнике варили суп из перловки, на каждого выдавали полкило хлеба и, видимо, платили деньги (но я по молодости лет не помню, сколько). Денег хватило даже на то, чтобы купить гуся.

Папа три месяца проработал слесарем на мясокомбинате, а потом заболел и умер. Во дворе нашего дома поселились две женщины с кавалерами-немцами. Они все работали в столовой. А однажды приключилась забавная история. 20 апреля, в день рождения Гитлера, наши соседи напились и порвали портрет своего фюрера. Ночью пошел дождь, моя мама утром увидела в луже плавающие клочки портрета и страшно испугалась, что ей "пришьют" это дело. Она собрала кусочки и сожгла их.

У моей подруги Шуры жил старый немец, он не обижал хозяев, только денщик часто говорил: "Плохо у вас. Одна баня — один город!". А в гости к старому приходил молодой, который учился у бабки-соседки русскому языку.

Мы, молодежь, несмотря на строгости комендантского часа, рискнули даже встречать Новый, 43-й, год. Собрались у Шуры пять девчонок и несколько парней. Из того, что было, испекли торт. Всю ночь травили анекдоты, танцевали под патефон. Но свет в ставнях-то все равно виден! Немцы заметили, стали допытываться: "Партизан?". Мы перепугались. А они увидели блюдо от торта, ветки елки, послушали объяснения одного из наших, который хорошо знал немецкий... Поверили и ушли!

Но когда немцы отступали, они зверствовали — расстреляли знакомых по переулку. Мы прятались в дровах, мама десять дней просидела у незнакомых людей в подвале. Но и при освобождении города были не только страшные моменты. Мы жили рядом с водочным заводом. Бои за него были напряженные: семь раз завод переходил из рук в руки! Захватят наши — по всей округе разносятся громкие маты, захватят немцы — гремит их ругань...

Много чего было потом. С ужасом вспоминается послевоенный голод, когда зарплату, кусок хлеба, невозможно было отложить до утра: он съедался мгновенно! И вся долгая жизнь, в которой хватало и трудностей, и радостей.

Слушая 83-летнюю Надежду Васильевну, понимаешь: наши представления о войне не должны ограничиваться знаниями из учебников. Рядом с ужасами войны всегда было место будням, простым человеческим заботам и даже улыбкам.

Роман Клочко, Светлана Мирошниченко

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции
#ДеньОсвобождения #бои #Вотан #герои
0,0
Оцените первым
Авторизируйтесь, чтобы оценить
Авторизируйтесь, чтобы оценить

Комментарии

Объявления
live comments feed...